Hell's Kitchen

Объявление

Приветствуем на Hell's Kitchen!

На нашей кухне вы найдете: криминально-кулинарный реал-лайф, NC-17, пассивный мастеринг с возможностью заказать в свой квест NPC от ГМ и квесты, ограниченные только логикой и здравым смыслом.

Игровое время:

Весна 2016 года
прогноз погоды

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Hell's Kitchen » Red Hook » Untold stories


Untold stories

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

http://graphing.ru/data/jpeg/hea92941483.jpeg

Я, буквально, влюбился в нашу спонтанно возникшую парочку. Возникшую из тандема двух актеров, на которых у меня абсолютно никогда ничего не стояло, но которые смотрятся вместе настолько сасно, что я никак не прекращу неудержимо фонтанировать радугой.

Таким образом, ожидая хоть каких-нибудь реакций от вечно-по-уши-в-делах-Гленна, я вынужден каким-то образом освобождать свой мозг. Получаются драбблы. Некоторые из них совсем АУшные, некоторые в итоге становятся чем-то сюжетным, учитывая, что знакомство и какие-либо события до игрового времени мы не отыгрывали.

Думаю, не имеет смысла пихать эти драбблы в анкету. С другой стороны, не хочется, чтобы они совсем канули в лету. Таким образом, вот мы и здесь.

Отредактировано Jai Kepler (06.07.2016 21:49:37)

+1

2

Нерассказанные истории
кофе врозь
http://s5.uploads.ru/fdPJ9.jpg

Гленн ежился и пил крепкий, но невкусный кофе.

Смена обещала быть не слишком сложной — дежурство на каком-то раскрученном профессиональными маркетологами концерте-многотысячнике раскрученной профессиональными продюсерами звезды. Не слишком сложная, но скучная смена. Выступление еще даже не началось, а Гленн пил уже второй стаканчик кофе. Невкусного, крепкого кофе.

По улице напротив лавировали толпы люди. Многие спешили на концерт, пополняя собой список потенциальных клиентов Гленна. Другие — проскальзывали мимо. Разговаривать с кем-то на промозглом, зябком воздухе хотелось не слишком сильно, поэтому Рэдвуд со скуки рассматривал людей.

И вот уже некоторое время он рассматривал одного-единственного человека. Гленн даже и не сразу сообразил, за чью растрепанную голову зацепился его взгляд. Какова вообще была вероятность увидеть в таком адском котле, как Манхэттен, именно этого конкретного человека? Гленн до последнего момента думал, что нулевая.

Последний раз Гленн видел Джая в тот день, когда Кеплер с треском вылетел из квартиры Рэдвуда и, как надеялся Гленн, из его жизни. Парень оказался на удивление ненавязчивым: не закидывал смсками, не доставал звонками. Даже не забрал свои вещи, которые так и лежали скорбной стопкой в шкафу Гленна. Доктор уже много раз собирался выкинуть все эти футболки с кричащими, пошлыми надписями и яркими картинками. Собирался всякий раз, когда затевал уборку. И всякий раз оставлял до следующего раза.

Джай шел своей обычной легкой походкой, ловко лавируя между людьми и, по обыкновению, задирая голову вверх, чтобы рассмотреть и прочесть все встреченные им на пути витрины.

Кеплер вообще оказался той еще сорокой. Иногда, бродя с ним по магазинам, Гленн начинал сомневаться в том, что Джай — парень. Во всяком случае, шопиться Джай любил и умел. И безжалостно пытался приобщить к этому занятию и Рэдвуда, наряжая его во всевозможные абсурдные и не очень наряды. Нет, спорить смысла не имело: это было весело, это было похоже на какую-то дикую, дерзкую игру, рассчитанную лишь на них двоих. Многое в жизни Кеплера было похоже на игру.

Вот и теперь, заметив что-то интересное на очередной яркой витрине, Джай притормозил и вернулся немного назад, чтобы внимательно разглядеть находку. Гленну даже стало слегка любопытно, что такого Кеплер там углядел. Парень, порой, обращал внимание на абсолютно неприметные с первого взгляда вещи, которые, после красочного объяснения Джая, превращались просто-таки в какие-то магические артефакты. Что было примечательно, именно покупать что-нибудь Кеплер решался крайне редко. Он мог проторчать битых два часа в примерочной, примеряя на себя весь ассортимент магазина в разных комбинациях, насмеяться при этом на месяц вперед и уйти оттуда ни с чем. Это было нормально. Это было в стиле Джая. И Гленн даже почти привык к таким выходкам.

Пялясь на витрину, Джай прикуривал одну из своих крепких, терпких сигарет, что заставило Рэдвуда непроизвольно поморщиться. Гленн ненавидел запах этих сигарет, который, при виде Джая, ментальной проекцией всплыл в его мозгу. Гленн вздохнул, отгоняя от себя морок, и хотел уже отвести от парня взгляд, когда к Кеплеру приблизился какой-то неопрятный, дерганный мужик.

Стало интересно, любопытно и немного тревожно.

Однако даже с расстояния разделяющей Джая и Гленна улицы доктор увидел внезапную перемену в лице бывшего соседа. Внезапную, резкую и неожиданную.

Джай никогда не выглядел на свои двадцать шесть. Инфантильное поведение Кеплера лишь вводило новых знакомых в еще большее заблуждение. Не добавляла лет и яркая, подростковая одежда: все эти узкие джинсы, толстовки и кеды. Гленн удивлялся, как сам-то клюнул на парня, которому, порой, было тяжело дать даже двадцатку. В целом, Гленн удивлялся, как он вообще клюнул на парня. Точка.

И вот сейчас на обычно таком лукавом и живом лице отобразилась настоящая тьма. Джай смотрел на мужика надменно, брезгливо и немного зло. Джай недовольно кривил губы, Джай хмурил брови. Было похоже, что мужик что-то хочет от Кеплера, и когда Гленн понял, чем может быть это самое «что-то», ему стало окончательно не по себе. В голове тут же всплыл жестокий, злой разговор, ровненькие пакетики белой дури и отчаянный взгляд Джая.

Гленн поморщился, отгоняя от себя очередное воспоминание, но не в силах оторвать взгляда от развернувшейся перед ним сценки.

Мужик тем временем схватил Джая за руку. Взгляд Кеплера, похолодев еще на несколько градусов, уставился на клешню у себя на плече. Мужик, одернув руку, похоже, начал извиняться, но Джая перед ним уже не было. Вероятно, мужик слегка растерялся от того, как резко Кеплер испарился из его поля зрения, потому что растеряться умудрился даже Гленн, тоже упустив бывшего соседа из вида.

Но Гленну было проще, чем дерганному мужику: он просто скользнул взглядом немного вдоль улицы — и вот он Джай, продолжает свой путь. Гленн уверен, что кончик языка Кеплера сейчас завис в уголке губ: Джай всегда так делал, когда нервничал или злился. Не облизывал губы, а именно утыкался языком в уголок губ. Непроизвольно.

И пока Джай, лавируя между людьми немного быстрее, чем до этого, зло затягивается, его останавливает полицейский. И вот тут сердце замирает даже у Гленна. Тоже непроизвольно. Доктор пытается отогнать от себя неуместную тревогу за непутевого парня, но пальцы жестче обхватывают несчастный бумажный стаканчик с подостывшим кофе.

Лицо Джая вновь меняется. Вновь — слишком быстро. Теперь парень — сама вежливость. Внимательно выслушивает стража порядка, приветливо улыбается и, зажав сигарету в губах, лезет в рюкзак. И пока в голове Гленна проносятся самые невероятные теории, Кеплер достает из своего рюкзака всего лишь паспорт. Полицейский внимательно рассматривает фотографию и, вероятно, дату рождения.

Ну да, как Рэдвуд и говорил, Джай на свои двадцать шесть никогда не выглядел. Возможно, полицейский, увидев, что какой-то дерзкий подросток так нагло курит на улице, решил проучить пацана. Вот только Джая хрен проучишь, Гленн это уже проходил.

Кеплер тем временем что-то весело щебечет, заставляя улыбаться и стража порядка. Протягивая Джаю его документ, полицейский просит прикурить, и Джай угощает его одной из своих крепких сигарет, продолжая приветливо улыбаться. Полицейский благодарно кивает, и Джай, махнув рукой на прощание, продолжает свой путь.

И если бы Гленн не знал Джая давно и хорошо, то он бы и не обратил внимания, на слишком долгую затяжку Кеплера, на кончик языка в уголке губ. Должно быть, Джай чуть богу душу не отдал, когда после неуместной встречи с «клиентом» произошла еще менее уместная встреча с полицейским. Должно быть, Джаю стоило, действительно, огромных усилий и, возможно, опыта, чтобы не потерять лицо, чтобы как-то не скомпрометировать себя. Ведь, должно быть, «что-то» было у Джая при себя и сейчас.

И Гленн думает, что есть что-то неправильное в том, как легко Джай умеет переменяться в зависимости от ситуации. Ему бы в театральное с такими умениями. И Гленну, если честно, не слишком нравится это открытие. Оно и не открытие вовсе, но увидеть последовательно сразу две слишком разные «маски» на лице бывшего соседа было слегка пугающе, заставляло нервничать.

Гленн и так был не в состоянии не думать о том, сколько раз Джай мог быть под чем-то, находясь рядом с ним. Бороться с мыслями о том, что в оставшееся время Джай мог еще и мастерски играть какую-нибудь придуманную им «роль», не хотелось вдвойне.

Кеплер, выбрасывая бычок в урну, заскакивает в Старбакс. И Гленн не может заставить себя не возвращаться глазами ко входу этого заведения хотя бы раз в полминуты. В итоге неосознанное бдение заканчивается успехом: Джай выныривает из светлого, теплого помещения с бумажным стаканом в руке. И Рэдвуд готов поспорить, что внутри какое-то искаженное подобие кофе: половина стакана молока и, минимум, три ложки сахара. Кофе Джая всегда было слишком похоже на какао.

Спускаясь по ступеням, Кеплер начинает прикуривать еще одну сигарету, а Гленн думает о том, какой же все-таки Джай красивый. Даже несмотря на подростковую манеру одеваться, Джай выглядит притягательно. И та куртка, на которую Кеплер несколько месяцев пялился с немым вожделением, ему, действительно идет. Гленн думает о том, что Джай, наверное, купил ее себе на День рождения. Гленн и сам думал купить ему именно ее, но так вышло, что День рождения Джая они встречали уже порознь. Точнее, Рэдвуд и вовсе не встречал, стараясь по возможности игнорировать мысли о своем бывшем соседе в тот день. Хорошо, что была его смена, иначе б Гленн все-таки не удержался и накатал Кеплеру неуместную поздравительную смс.

И пока Гленн думает о том, что прогнать Джая из мыслей он пытается вообще-то почти каждый день, Джай достигает конца улицы и пропадает из его поля зрения, оставляя Рэдвуда с холодным кофе в руках и болезненной путаницей в голове.

Отредактировано Jai Kepler (29.08.2016 16:07:45)

0

3

Нерассказанные истории
неболезнь
http://s0.uploads.ru/X0er2.jpg

Первое, что бросалось в глаза по приходу домой, — это включенный над кухонной стойкой свет, создающий в большой, студийной комнате приятный глазу полумрак. Вопрос был только в том, почему этот самый свет оказался включенным? Гленн прекрасно помнил, что выключал все электричество в доме перед выходом в смену. Не то чтобы помнил, но знал наверняка. В утро перед сменой все, что происходило с Гленном, было доведено до полнейшего автоматизма, так что никаких не выключенных лампочек быть не должно.

Но они были.

Причина, впрочем, обнаружилась быстро и здесь же.

Огромный комок, состоящий из теплого, пушистого пледа, дымящейся кружки и, очевидно, Джая, потому что Гленн не помнил, чтобы ключи от его квартиры были хоть у кого-нибудь еще, кроме этого необязательного, нагловатого парня. Иногда Гленн искренне удивлялся, как вообще решился доверить ключи от своей квартиры кому-то столь ненадежному. Тем не менее, с хранением важной вещи Джай пока справлялся исправно. С чем Джай справлялся из рук вон плохо — это с ответственностью.

Кеплер пропал на несколько дней, не отвечая на звонки и смски, не предупредив ни заранее, ни во время этой спонтанной акции равнодушия. Гленн злился. Черт побери, он имел на это право! Имел право знать, где пропадает человек, деливший с ним жилплощадь и кровать. И, что важнее, он хотел это знать. Он волновался.

Джай, похоже, таких простых вещей просто не понимал. Будто бы был полностью не способен осознать и смириться с существованием слова «ответственность». И вот теперь, спустя несколько абсолютно выматывающий дней, проведенных в неизвестности и волнении, Гленн обнаруживает Кеплера в своей квартире, на своем диване, со своей кружкой в руках. И первое, что хочется сделать Гленну, — это залепить парню звонкую, хлесткую оплеуху, потому что, судя по всему, другие способы воздействия Джай совершенно не воспринимает.

Останавливают от применения неприкрытого насилия Гленна детали. Небольшие, сперва и вовсе незаметные детали, которые наполняют сознание доктора постепенно, с каждой секундой становясь все более отчетливыми, начинающими резать глаза. Во-первых, Джай спит. Кемарит, уронив голову на грудь и каким-то чудом не выронив из рук кружку, полную еще горячего, судя по аромату, кофе. Во-вторых, Джай бледный. Слишком бледный. Это бросается в глаза даже в неярком полумраке квартиры. В-третьих, Джая потряхивает. Если не приглядываться, этого можно и не заметить, но Гленн приглядывается, да и рябь на поверхности кофе говорит сама за себя.

Рэдвуд хмурится, скидывая с плеч верхнюю одежду и проходя вглубь квартиры. Аккуратно вытаскивает из ослабевших пальцев парня кружку и прикасается ладонью ко лбу Джая.

Джай горит. Джай вздрагивает. Джай поднимает покрасневшие, сонные глаза на Гленна.

— Привет, — и забирает из рук доктора обратно свою кружку. Во всяком случае, пытается.

— Ты болен, — полуспрашивает, полуутверждает Рэдвуд, отводя в сторону руку с еще теплым кофе.

— Ну, — хрипит осипшим спросонья голосом Кеплер, — чувствую себя неважно. А теперь, можно мне мой кофе? — и тянется вперед.

Гленн хмурится и, так и не вернув Джаю кружку, уходит в кухню, чтобы сделать чай. Пока доктор пытается прикинуть, есть ли у него малина или лимон, Кеплер опрокидывает голову на спинку дивана и, следя краем глаза за Рэдвудом, негромко ругается на несправедливый мир, не позволяющий ему на предсмертном одре даже кружечку кофе. Пока Гленн возится в кухне, сосредоточенный и хмурый, Кеплер, путаясь в своем коконе, переворачивается всем корпусом к доктору, вяло следя за его действиями усталым взглядом.

Джай знает, что ни малина, ни лимон ему не помогут. Также Джай знает, что худшее уже позади, осталось только продержаться еще немного — и все будет хорошо. Джай до сих пор не уверен, хорошей ли идеей было припереться к Гленну уже сейчас, но он слишком боялся сорваться. Рядом с Рэдвудом сорваться попросту не выйдет, потому что в квартире Рэдвуда ничего нет. И Кеплер озаботился тем, чтобы ничего сюда не принести. Джая грызли сомнения и страхи, что Гленн сможет догадаться об истинных причинах его недомогания, но, когда выдержка Кеплера начала неумолимо сдавать позиции, он отнесся ко всем этим опасениям с мрачным фатализмом и все же приполз к Рэдвуду домой.

И вот теперь доктор готовил для Джая исцеляющий чай, а у Джая в душе расползалось теплое, согревающее ощущение дома. И уже от одного этого чувства парню становилось легче.

***

Джай отказывается спать вместе с Гленном, аргументируя это своим «заболеванием» и нежеланием заразить доктора. Рэдвуда слабые попытки Кеплера расположиться на диване не впечатляют, а скорее раздражают. Подхватив парня вместе с пледом на руки и перекинув через плечо, Гленн, оттащив свою ношу в спальню и скинув на кровать, удалился в душ.

По окончании вечерних водных процедур Джай был обнаружен на самом краешке кровати, жалко скукоженный и спящий. Однако едва лишь доктору стоило улечься рядом, как горячее тело тут же вжалось в его спину, громко сопя и тяжело вздыхая сквозь сон. Рэдвуд вздохнул тоже, все больше утверждаясь в мысли, что Джай — не его сосед или сожитель. Даже не его любовник. Джай — его чертов кот.

***

Уже утром «кот», вероятно, вознамерившись вернуть себе гордое звание если уж не «сожителя», то хотя бы «любовника», беспардонно разбудил Гленна. В своем стиле.

Чувствуя сквозь сон, как кто-то целенаправленно и усердно помогает его утренней эрекции проснуться, Рэдвуд сперва даже растерялся. Стоило Джаю выпасть из его поля зрения, буквально, на несколько жалких дней, а доктор уже отвык от всех этих внезапных и импульсивных идей парня.

Скидывая с себя одеяло, чтобы добраться до растрепанной, старающейся принести удовольствие головы, Гленн получает лукавый взгляд зеленых глаз и тянет Кеплера вверх.

— Джай, мать твою, — ворчит Рэдвуд, когда теплые губы сменяются прохладными пальцами. Джай лишь ухмыляется еще шире, отчего в уголках его глаз появляются солнечные лучики. Кеплер проходится языком по небольшой надписи «Не реанимировать» на груди Гленна и кусает за плечо, слегка оттягивая зубами кожу. Гленн вспоминает, как Джай уже не единожды обещал свести или перечеркнуть глупую фразу на его сердце, переживая за своего доктора, и зарывается в растрепанные темные волосы ладонью, притягивая лицо Кеплера к своему. — Ты же болел? — лениво замечает Гленн, у которого в законные выходные по утрам энергии отнюдь не так много, как у чертового-жаворонка-Джая. К тому же Рэдвуд все еще достаточно раздражен из-за кеплеровской вызывающей безответственности.

— Твоя врачебная энергетика исцелила меня всего за одну ночь, — вяло отбивается Джай и тянется к желанным губам, но Гленн ему не дает, удерживая за загривок. В результате Кеплер лишь слегка касается расползающихся в небрежной улыбке губ доктора и недовольно мычит, пытаясь высвободиться из хватки крепкой руки.

— Круассанчик, — вздыхает Гленн, глядя в пьяные, но начинающие понемногу раздражаться глаза. — Я реаниматолог, а не лор.

Гленну нравится подкалывать Джая в моменты, когда парню хотелось бы этого меньше всего. Это приносит доктору какое-то извращенное удовлетворение и отчетливое ощущение, что хотя бы часть издевательств со стороны Кеплера окажутся отомщены.

Взгляд Джая темнеет, брови недоверчиво изгибаются. Даже пальцы замирают, прекращая дразнить Гленна. Кеплер несколько раз удивленно моргает, пока его взгляд не становится окончательно осмысленным.

— Гленн, ты не реаниматолог, — вздыхает Джай. — Ты — зануда.

Отредактировано Jai Kepler (29.08.2016 16:06:54)

0

4

http://sh.uploads.ru/t/W1B9E.jpg   http://s3.uploads.ru/t/PHXEf.jpg   http://sd.uploads.ru/t/HsV87.jpg
http://sf.uploads.ru/t/h7QC1.jpg   http://se.uploads.ru/t/rZosW.jpg   http://se.uploads.ru/t/UsQZC.jpg
http://sf.uploads.ru/t/eprqW.jpg   http://s8.uploads.ru/t/Spsbl.jpg   http://s6.uploads.ru/t/QZa2d.jpg
http://sd.uploads.ru/t/l1Iri.jpg   http://s7.uploads.ru/t/D5sni.jpg   http://s8.uploads.ru/t/Ckrng.jpg

Отредактировано Jai Kepler (28.06.2016 20:36:30)

+2

5

Нерассказанные истории
нужное слово
http://graphing.ru/data/jpeg/nle1585409.jpeg

Гленн из-под полуприкрытых ресниц наблюдает за одевающимся Джаем. Тот стоит между кроватью и окном, его тело окружено тонким белым ореолом бледного зимнего восхода. Память смутно подсказывает, что этот эффект называется контровым светом.

Гленн мысленно перебирает свой лексикон, пытаясь подобрать нужное слово. Во всём этом утре и в Джае в частности есть сейчас что-то… какое?

Красивое? Да, красиво. Гленн как раз лежит очень удобно, чтоб, слегка повернув голову, прекрасно видеть, как Джай застёгивает пуговицы рубашки. Залива с такого ракурса не видно, парень стоит на фоне большого неба. До Гленна подспудно доходит, что они не озаботились закрытием жалюзи, когда вдруг их настиг спонтанный секс в утренних сумерках. Конечно, никто снаружи их увидеть не мог, и всё же…

Эротичное? О да. Чертовски. Прежде чем Джай запахивает края рубашки, Гленн успевает пробежаться взглядом по телу любовника ещё разок. Розы на ключицах в предрассветном полумраке кажутся чёрными. Джинсы немного висят, и кости таза торчат так сильно, что, кажется, можно порезаться. Джай всё ещё непристойно лохматый, но вряд ли вообще станет причёсываться. Сейчас он сосредоточен на пуговицах. Длинные тонкие пальцы играючи вдевают их в петли, но Гленн знает, какими ловкими эти руки могут быть на самом деле.

Милое? Пожалуй. Когда Кеплер решительно заявил, что намерен отправиться в кофейню через дорогу за кофе и бейглами, Гленн ещё даже отдышаться не успел. Джай был убеждён, что горячая еда в постель станет идеальным завершением отличной ночи.

— Эй.

Гленн легонько поманил Джая к себе и, когда тот подошёл, сделал ему знак наклониться. От последовавшего мягкого поцелуя парень удивлённо вскинул брови, но ладонь Рэдвуда на затылке не дала ему отстраниться и поинтересоваться, не заболел ли док.

Джай был ещё очень тёплым после постели. Это особенное тепло — тепло человека, который только что занимался любовью. Занимался любовью с тобой. И вот для этого Гленн бы точно не сумел подобрать правильных слов.

Гленн отстранился, провёл подушечкой большого пальца по ещё приоткрытым губам Джая и тихо произнёс:

— Куртку накинь.

by Glenn

Отредактировано Jai Kepler (29.08.2016 16:08:45)

+1

6

Нерассказанные истории
сумерки в ресницах
http://se.uploads.ru/ZzRcU.jpg

Гленн молчит и старается дышать потише.

Он слишком редко просыпается раньше, чем Джай. Подчас он вообще не застаёт Джая спящим и подозревает, что тот бодрствует круглые сутки. Что запас энергии, вопиющая молодость и катастрофических размеров шило в заднице просто не дают ему тратить время на отдых. Что Джай и на том свете прекрасно отоспится.

Но сегодня, совершенно неожиданно, в отблесках рождающихся сумерек, Гленн видит спокойное, гладкое, расслабленное лицо Кеплера. Парень свободно лежит поверх одеяла, мягко раскинув руки. Только немного дрожат ресницы и видно, как под веками слегка двигаются глаза. Ему что-то снится.

Джай спит, а Гленн изо всех сил пытается не провалиться обратно в дрёму, чтоб не упустить ни секунды хрупкого очарования этого зрелища.

by Glenn

Отредактировано Jai Kepler (29.08.2016 15:02:26)

+1

7

Нерассказанные истории
татуировка с кремом
http://sd.uploads.ru/FMYgj.jpg

— Д.К. Я думаю, тебе надо это сделать, — пирожное не давало Кеплеру внятно произносить буквы и складывать их в понятные человеку — нормальному человеку — слова, но суть Гленн уловил.

— С ума сошел, — пробормотал доктор, так как вступать в очередной бесполезный спор не хотелось. Но Джай все равно услышал.

— Почему это? — парень отвлекся от комикса и поглядел на своего соседа, собеседника и любовника в одном — и сейчас крайне скептичном — лице. Губы Джая были вымазаны ванильным кремом, вытекшим из, бесспорно, приторно-сладкой булки. Рэдвуду показалось, что капелька крема оказалась даже на носу взбалмашного сожителя, но в полумраке студии судить об этом наверняка Гленн бы не взялся.

Джай валялся на полу, закинув ноги на диван, умудряясь читать новый выпуск очередного комикса про всемогущих (и не очень) супергероев и поглощать пирожное одновременно. Гленн сидел за стойкой и вот уже некоторое время как наблюдал за этой невероятной и даже слегка неуместной в его квартире картинкой. За картинкой, которую буквально пару скоротечных месяцев назад он ни за что на свете не сумел бы представить у себя дома.

Выжидающий взгляд зеленых глаз заставил Гленна хоть как-то среагировать на, казалось бы, риторический вопрос. Доктор недовольно пожал плечами. Ему все казалось очевидным.

— Сумасшествием было бы предположить, например, — не дождавшись от Рэдвуда какого-то удовлетворительного продолжения беседы, Джай взял диалог в свои руки. Губы. В общем, решил поболтать. — Ну, например, если б я предложил тебе ее набить самостоятельно…

И Кеплер замолк и застыл, переваривая только что озвученную им же мысль. И улыбка, постепенно расползающаяся на хитрющем лице, Гленну очень и очень не понравилась.

— Нет, Джай, — Рэдвуд даже выставил перед собой ладонь, пытаясь показать тем самым, что он не готов даже попытаться всерьез обсудить эту идею. — Нет!

— Да брось! — Джай уже успел вскочить на ноги и целенаправленно продвигался из центра квартиры к Гленну, по дороге слизывая со своих губ ванильную сладость. Когда расстояние между ними начало стремительно становиться неуместно-интимно-близким, доктор смог наконец-то увериться в том, что на носу Кеплера, действительно, тоже был крем.

Джай, похоже, был прекрасно осведомлен об этой маленькой детали, потому что, подойдя совершенно вплотную к Рэдвуду, плавным движением размазал этот самый крем по щеке доктора.

— Мы раздобудем машинку, — тихо, на самое ушко, прошептал Кеплер, бесцеремонно усаживаясь Гленну на колени. — Раздобудем краску, — одна рука скользнула в волосы Рэдвуда, и оставалось лишь надеяться, что она не была измазана в сладости. Тоже. — И я сам тебе ее набью, — другая рука Джая скользнула куда-то вниз. — Вот где-то здесь.

Набивать себе инициалы ненормального любовника в местах столь интимных доктор никогда-никогда не собирался, но поспорить об этом можно было и позже.

0

8

Нерассказанные истории
в тихом омуте
http://s9.uploads.ru/1XyGB.jpg

— Блять, что это? Прекрати, — холодные пальцы слишком резко отталкивают теплую ладонь Гленна. Руки Джая почему-то всегда слишком холодные. Руки Рэдвуда — слишком нежные.

Тюбик резко пахнущей мази падает на пол. Гленн, недовольно вздыхая, наклоняется, чтобы поднять его. Джай, воспользовавшись моментом, выскальзывает из области досягаемости доктора и дефилирует в смежную комнату. На парне остались лишь узкие черные джинсы, так что гематомы на спине прекрасно видны и в неяркой полоске света, льющегося через дверной проем, выглядят совсем плохо.

— Джай, — Гленн устало зовет своего пациента обратно. — Их надо обработать. Дай мне…

— Бери, — дразнит Кеплер, вновь оказываясь в поле зрения доктора. В руках Джая тоже появляется тюбик, и Гленн хмурится, прекрасно зная, что именно принес Джай.

— На тебе места живого нет, — Рэдвуда, действительно, расстраивает этот факт. И еще больше его расстраивает вынужденная необходимость скрывать свою обеспокоенность.

Джая, похоже, не расстраивает ничего. Или он просто слишком вымотан тем, что с ним приключилось. Что бы с ним не приключилось.

Конечно, Джай ничего не рассказал, а Гленн опять побоялся спрашивать. В том, что происходит с его жизнью, Рэдвуд запутался окончательно и бесповоротно еще несколько месяцев назад, а Кеплер совсем не торопился вносить ясность в эту картину. Более того, Гленна постоянно преследовал страх, что стоит ему переступить какую-то невидимую черту (которая, по-хорошему, даже не понятно, где именно проходила), как Джай, вильнув хвостом, выйдет из его квартиры в последний раз. И навсегда.

Какого черта вероятность такого исхода огорчала Гленна настолько, что он позволял несносному пацану вести себя столь дерзко и развязно, Рэдвуд не знал. И думать об этом ему не хотелось.

Хотелось же, чтобы Джай просто был рядом. И чтобы по его щеке не расползался этот крайне болезненного вида синяк, в данный момент маячивший ровнехонько перед глазами Гленна.

Пока доктор плавал по рекам своих мыслей, Кеплер уже успел взгромоздиться на его колени. И Гленн чуть было не чертыхнулся, осознав, что позволил ему это сделать, хотя и не собирался. Было вполне очевидно, чего именно хотел сейчас Джай. И также очевидно было то, что Рэдвуд, как врач и как переживающий за ближнего своего человек, просто обязан был ему не позволить. Не разрешить. Запретить.

Джая слишком сильно избили, чтобы решение заняться любовью казалось сейчас хоть сколько-нибудь адекватным и целесообразным.

— Доктор Рэдвуд вновь разрывается между желаниями и моралью? — протянул Джай, укладывая голову Гленну на плечо и щекоча своим дыханием шею. Холодные пальцы, слегка задрав рубашку на спине Рэдвуда, мягко поглаживали ямочки на пояснице, пуская по коже доктора неуверенные мурашки.

Мог ли Гленн рассчитывать на то, что сегодня Джай его послушается, или нет — мужчина не понимал даже примерно. Иногда Кеплер прислушивался к словам доктора, иногда — взбрыкивал, и ничем хорошим это не кончалось. Гленну очень не хотелось, чтобы в своем нынешнем состоянии парень удумал взбрыкнуть и свалить непонятно куда, чтобы непонятно где и как зализывать свои раны, поэтому доктор попытался ограничиться нейтральным замечанием.

— Тебе будет больно.

Джай безразлично пожал плечами, поглядывая на Гленна снизу вверх.

— Так даже лучше.

— Я не хочу делать тебе больно, Джай, — устало произнес Гленн. Слова вышли намного более укоризненными, чем доктор рассчитывал. Пальцы на его пояснице на какое-то мгновение даже прекратили танцевать по коже, но всего на мгновение.

— Тогда сделай приятно? — холодные ладони заскользили по хребту, все выше задирая рубашку Гленна, пока доктор не перехватил их, останавливая это движение.

Кеплер недовольно цокнул, поднимая голову с плеча любовника. В зеленых радужках закружили иголки и что-то еще, слишком похожее на обиду.

— У кого-то, похоже, стоит только на красивую обертку, да? — парень попытался встать с уютных, насиженных коленей, но Гленн его удержал.

— У меня стоит на тебя. Без разницы, в какой ты обертке.

— Но сейчас-то тебе не хочется, — Джай все пытался высвободить свои запястья из теплых ладоней доктора. Пытался, надо сказать, не слишком рьяно, и в итоге совсем перестал дергаться, просто вопросительно уставившись на Гленна.

— Похоже, что мне не хочется? — скептично уточнил Рэдвуд, указывая глазами вниз.

Джаю не требовалось наклонять голову и смотреть, на что именно указывает Рэдвуд, чтобы понять, о чем тот говорил. Парень и так прекрасно чувствовал стояк, на котором почти что сидел.

Джай поерзал. Собственное возбуждение и слишком узкие штаны доставляли ему сейчас почти столько же дискомфорта, сколько и ушибы по всему телу. Гленн мог лишь надеяться, что когда-нибудь Кеплер наконец-то догадается о существовании намного более удобной и, что немаловажно, приличной одежды.

— Ну, так и чего мы ждем? — наконец-то недовольно уточнил Кеплер, неосознанно продолжая елозить по желанным коленям.

— У тебя очень нехорошие ушибы, Джай. Их нужно обработать.

— Ладно, давай так: сначала мы трахаемся, а потом я дам тебе обработать мои раны, — звучало все это так, будто бы Гленну здесь больше всех надо и будто бы не у Джая при каждом неосторожном прикосновении в уголках глаз появлялись болезненные морщинки. Кеплер наверняка думал, что Гленн не замечает. И Кеплер, как обычно, ошибался.

Честно говоря, Рэдвуду было, действительно, страшно даже просто прикасаться к Джаю. Ушибы на бледной коже прямо на глазах наливались краской, и, кроме этого, Гленн опасался, что у парня могут оказаться перебиты ребра. Но, так или иначе, терпение Рэдвуда хоть и было обширным, а иногда даже почти резиновым, безграничным все-таки не являлось. Да, Рэдвуд был врачом, но, кроме этого, был он и молодым мужчиной со своими желаниями. И Джай, свежий или помятый, целый или избитый, привлекал и притягивал его одинаково сильно. Гленн не раз уже думал, что все это как-то ненормально, и пора бы разобраться и покончить со всем, что творит в его квартире и с его жизнью этот мелкий, юркий стервец. Но, как и много раз до этого, под напором неуемного любовника Гленну в конце концов пришлось сдаться.

— Я так и знал, что мы с вами, доктор Рэдвуд, обязательно найдем компромисс, — Джай довольно улыбался, понимая, что все-таки получит, чего хотел. Гленн думал, что все это больше похоже не на компромисс, а на вымогательство, и в десятый раз обещал себе быть с парнем крайне аккуратным.

Но, как это очень часто случалось, когда дело касалось Джая, все пошло наперекосяк.

Кеплер довольно резко отмахнулся от долгих прелюдий, и после Гленну пришлось тысячу раз об этом пожалеть.

— Боже, Джай, какого черта ты сегодня такой узкий?

Джай шипел не хуже раскаленного утюга, и было абсолютно не понятно: больно ли Кеплеру лежать на израненной спине, больно ли ему от слишком резкого проникновения, или все вместе взятое, или что-то вообще другое.

Гленн хотел было уже прекратить это бессмысленное истязание, но Кеплер снова все испортил.

— У меня давно никого не было, — хриплый полустон-полушепот, и все самообладание Рэдвуда рассыпалось мелкими, острыми осколками.

Почему Джай не сказала, что они с Гленном давно не были вместе? Он мог бы сформулировать это именно так, вполне мог! Сослаться на то, что именно с Рэдвудом у него давно ничего не было. Но нет. Джай сказал совсем не то. Сказал как будто между делом, будто это и неважно вовсе, с кем именно он давно не был. Как будто обезличил Гленна со всей его разрывающей сердце нежностью.

И терпение Рэдвуда, и без того подвергавшееся весь вечер бесполезным испытаниям на прочность, треснуло.

Резким движением перевернув парня на живот, Гленн втрахивал его в матрас, не обращая внимания на болезненные стоны, на кровь, принявшуюся сочиться из неаккуратно проехавшей по простыне раны на плече. Не замечая ни темной палитры разливающихся по тонкой спине гематом, ни ломких локтей, ни разъезжающихся под таким напором острых коленей.

Уже после Рэдвуд даже не смог бы наверняка сказать, просил ли Джай остановиться или нет, вырывался ли или хотя бы пытался это сделать. Гленн никогда не думал, что может так сорваться. Он всегда считал себя сострадательным и понимающим человеком, даже не подозревая, что однажды может оказаться таким непримиримым собственником. Что когда-нибудь тьма выльется из него столь отвратительным образом.

Гленн не был уверен, когда именно Джай вырубился, не был уверен, кончил ли парень под ним или нет, зато совершенно точно помнил, как дрожали его собственные руки уже после, перевязывая свезенное, кровящее плечо и втирая в покалеченную спину лечебную мазь.

Рэдвуд тысячу раз пожалел, сотни раз проклял и себя, и неуемного раздолбая-провокатора Джая. Он еле уснул, и то лишь под утро, клятвенно обещая себе извиниться перед Кеплером, как-то все прояснить, как-то загладить вину, как-то исправить, как-то…

Но когда утром Гленн открыл глаза, Джая в его квартире уже не было.

0

9

Нерассказанные истории
последнее несвидание
http://s9.uploads.ru/Fsd6n.jpg

Не сказать, что Кеплер имел что-либо против натуралов. Вовсе нет. Просто мутить с натуралом — всегда проблемно. Это было обычным негласным правилом, и Джай его придерживался. Мутить с натуралом ради одного только перепихона и без расчета на длительные отношения — занятие не только проблемное, но, к тому же, глупое и неблагодарное. Кеплер прекрасно знал об этом и старался не растрачивать свое время попусту.

Но Джай не был бы Джаем, если бы даже такая простая схема в его жизни однажды не дала сбой.

Вот уже пару месяцев как Кеплер покорно соглашался на любые предложения и неустанно ходил на несчастные несвидания. Он гулял с Рэдвудом по городу или парку, зависал в каких-то небольших, милых кафешках за чашкой кофе и без устали болтал обо всем на свете, старательно избегая того, о чем при доке болтать не следовало.

Вряд ли от Гленна укрылось, как ловко Кеплер обходил тему своей семьи. Впрочем, и доктор не спешил делиться с Джаем всем и сразу: как ни старался, парень так и не получил ни одного внятного ответа на любые расспросы о несостоявшейся свадьбе Рэдвуда.

Все эти милые посиделки были историей не совсем про Джая, но приятная компания и хорошее настроение вполне сглаживали все неудобства, испытываемые Кеплером по поводу этих «просто дружеских» встреч. Во всяком случае, до тех пор, пока у парня не вышел перебой с партией «снежка».

Настроение в тот день было ни к черту. Действие последней дозы давно кончилось, а новой пока не предвиделось. Кеплер был подавлен и раздражен. И все же отменять встречу с доктором Джай не стал, подумав, что, возможно, она поднимет ему настроение.

Не подняла.

Кеплер сидел напротив Рэдвуда в очередной милой забегаловке. На столе перед ним стоял извечный переслащенный латте. Док что-то рассказывал, а в не простимулированном очередной дозой радости мозге Джая висел один единственный вопрос: «Какого блядского хуя?».

Док был интересным собеседником, хорошим человеком и вполне себе нравился Джаю, вот только дружба — не совсем то, на что Кеплер рассчитывал. В целом, было очевидно, что заинтересованность Гленна тоже успела выйти за рамки приятельских отношений и простого общения. Вот только доктор был натуральнее козьего молока у бабушки в деревне. И это мешало.

И, рано или поздно, терпению Джая все равно пришел бы конец. Но окончательную дату этого события все-таки определил перебой со «снежком».

— Слушай, док, — Джай оборвал Гленна на полуслове, и невооруженным взглядом было видно, как тот напрягся. Джай попенял себе на то, что недостаточно хорошо скрывал свое раздражение. — Может, пройдемся?

И Гленна так же явно отпустило, что недвусмысленно подтверждало все догадки Кеплера об отнюдь не дружеской заинтересованности доктора.

Возможно, будь Джай в тот день чуть менее взвинченным, у него ничего бы не получилось. Возможно, если бы большая часть свободного времени Кеплера не уходила на Гленна, в связи с чем последний раз Кеплер трахался с живым человеком примерно тогда же, когда и началась эта изматывающе-затянувшаяся прелюдия непонятно перед чем, Джай не решился бы на столь дерзкий поступок. Возможно.

Затащить доктора в туалет было делом пары минут: Гленн слишком растерялся, чтобы дать хоть какой-либо отпор настойчивому парню.

— Твою мать, Джай! Что ты творишь?

— Все эти «несвидания» — это, конечно, очень мило, — бурчал парень, заталкивая Гленна в кабинку. — Но что-то я подзаебался ждать, пока ты, док, решишься уже наконец-то испытать свою натуральность на прочность. Давай так: я тебе сейчас немного помогу, а дальше уже сам посмотришь.

В тот день, если бы Гленн захотел, он бы запросто смог отпихнуть Джая и остановить этот внезапный и решительный акт своеволия, но либо растерянность брала свое, либо док в действительности не так уж и сильно хотел останавливаться. Как бы там ни было, в итоге, несмотря на разницу в габаритах, Кеплер умудрился вжать Рэдвуда в стену кабинки, ловко расправляясь с его ремнем и ширинкой.

В туалет зашел кто-то еще, насвистывая преглупую мелодийку. Гленн дернулся, и Джаю стоило больших усилий удержать его на месте.

— Тшш, — на самое ухо. — Ты ведь не хочешь, чтоб нас услышали?

И уже опускаясь на корточки, еле разборчиво:

— Хотя, как по мне, так можешь стонать хоть во все горло.

Не сказать, что Гленн когда-либо жаловался на свою личную жизнь. Обычно, его всегда все устраивало. Но это самое «все» как-то меркло рядом с тем, что делал сейчас для него Кеплер. И не потому, что Джай был парнем, а не девушкой. И не потому, что общественный туалет был историей слегка не про Рэдвуда. Все это, конечно, будоражило, но поразила Гленна совершенно другая мысль.

Кеплер кайфовал. Черт его дери! Этот парень, отсасывая мужику в общественном туалете, действительно, кайфовал. И почему-то осознание этого немыслимого факта не отталкивало, а лишь сильнее распаляло, не говоря уже о том, как умело Джай работал ртом. Док старался не думать, где вообще парень мог такому научиться, что, впрочем, было не так и сложно: прохладные пальцы и горячие губы отвлекали от любых мыслей похлеще внезапного объявления о надвигающемся урагане, начавшейся войне или ядерной атаке. Джай сам сейчас был похлеще урагана или ядерной атаки.

Кеплеру не потребовалось много времени, чтобы подвести Гленна к самому краю, и было что-то завораживающее в том, как парень, нахмурившись, отпихнул руку дока, как не дал тому отстраниться, как блядски глядел снизу вверх зелеными, дерзкими глазами, как, тщательно вылизав, убирал опадающий член Рэдвуда обратно в белье. Как Джай при этом улыбался. Очевидно, Кеплера ничуть не смущало то, что сейчас между ними произошло. Он не краснел, как девчонка, не утирал недовольно губы. Впрочем, с нежностями не лез тоже. Лишь сказал, сплюнув вязкую слюну в унитаз:

— Я снаружи подожду, — и вышел из кабинки.

Гленн слышал, как зажурчала вода: Джай, должно быть, умывался.

Доктору стоило больших усилий не сползти по стене вниз прямо здесь и сейчас, как будто он не зрелый тридцатилетний мужчина, готовый ко всему, что жизнь не решила бы ему преподнести, а шестнадцатилетний пацан, которому в школьном туалете впервые отсосала одноклассница. Джай, скорее всего, полагал, что для Гленна произошедшее — не больше, чем просто эксперимент или любопытство. Рэдвуд думал о том, что, даже если бы так оно и было, возможно, именно в этот самый момент он бы пересмотрел свои взгляды и приоритеты. Стыдно признать, случившееся лишь сильнее раззадорило заинтересованность доктора.

Немного придя в себя и поправив сбившуюся одежду, Рэдвуд наконец покинул злополучную кабинку, чтобы тут же обнаружить Джая. Парень стоял к нему спиной, облокотившись о раковину и пялясь на себя в зеркало. С челки стекала вода. Взгляд совершенно переменился, стал острым и сосредоточенным, будто бы Кеплер сомневался и, возможно, даже переживал. Во всяком случае, какое-то мгновение Гленн видел Джая именно таким, но едва Кеплер заметил доктора — его взгляд вновь сделался непроницаемо-лукавым.

И все же даже этого короткого мгновения хватило Рэдвуду, чтобы понять: для Джая все произошедшее не было простым спортивным интересом. И, по мнению Гленна, намного хуже было бы не обнаружить этого сомнения в зеленых глазах, даже если Джай и пытался его скрыть. Это, совершенно точно, было бы намного хуже.

Гленн, в отличие от Джая, не мог в данный момент похвастать железным хладнокровием, пускай оно и было напускным. Рэдвуд все еще ощущал некоторое смущение. Кроме того, надоедливая совестливость попрекала его за бездействие. Возбуждение Джая было очевидным, а док ничего для парня не сделал. Не сказать, что он вообще собирался что-то делать. Не сказать, что он знал, что конкретно надо было сделать.

Впрочем, Джай снова все переиначил:

— Какие планы, док?

Казалось бы, глупый вопрос, который никак не мог помочь разрешить терзающие Гленна внутренние противоречия, но та простота, с которой этот вопрос был брошен, успокаивала. По голосу и интонации было абсолютно понятно: Джай не ждет каких-либо ответных действий, не планирует наигранно делать вид, что ничего не произошло, но и менять свое отношение к Гленну из-за произошедшего не планирует тоже. Просто, как ни в чем не бывало, интересуется, чем док планирует занять свой вечер. Хорошо еще, что парень не начал говорить про погоду, тогда бы Гленн точно посчитал себя конкретной сволочью.

Прежде чем ответить Рэдвуд тоже подошел к умывальникам и ополоснул лицо прохладной водой, надеясь, что это окончательно приведет его в норму. Джай все так же стоял рядом, глядя на Гленна через стекло зеркала.

— Вообще-то, я думал пригласить тебя на чашку чая, — с полуусмешкой произнес док, косясь на Джая через зеркальное стекло. — Но ты оказался слишком нетерпеливым.

Кеплер расплылся в улыбке, которую Гленн мог бы охарактеризовать единственно-верным образом: ничего хорошего от ее хозяина теперь не жди.

— От кофе не откажусь, — в глазах Джая впервые за весь день будто бы зажглись новогодние фонарики.

Настроение все-таки поползло вверх.

Отредактировано Jai Kepler (13.09.2016 18:16:55)

+1

10

Уличное пианино
немного русского панка
http://s9.uploads.ru/wpB4d.jpg

Просто представьте: вечер, улица, пианино, встрепанный парень за ним.
Джай умеет и любит играть.

[audio]http://www65.zippyshare.com/v/K75UTK2P/file.html[/audio]
[audio]http://www65.zippyshare.com/v/oLOlXezR/file.html[/audio]
[audio]http://www65.zippyshare.com/v/foLKO7XD/file.html[/audio]
[audio]http://www65.zippyshare.com/v/Jx3uZ1c2/file.html[/audio]

0

11

Нерассказанные истории
новые горизонты
http://s0.uploads.ru/oMnDx.jpg

Януш Буковски охуел. Парень, когда-то столь любезно познакомивший Джая со «снежком», вдруг решил поднять цены, позднее не смог ответить на вопрос: «А какого, собственно, хуя?», — а еще позднее потерял одного из своих постоянных клиентов. Впрочем, возможно, даже не одного. Кеплер всегда умел быть убедительным.

Джай давно уже задумывался о том, что пора было становиться независимым и самому выходить на какого-нибудь поставщика, без перекупщиков с их ебанутыми накрутками. Но когда у тебя в карманах бесперебойно водятся деньги, не так-то просто заставить себя заняться полезной экономией. И все же любой наглости есть предел. Вот и Буковски наконец-то перегнул палку, переполнил чашу, зашел слишком далеко.

Достать адрес какого-то злачного захудалого клубешника большого труда не составило. Достать имя было сложнее, но природная Кеплеровская верткость с, возможно, наследственной — спасибо папочке — хитростью и харизмой принесли свои плоды. Впрочем ни имя, ни явно ирландская фамилия — ОʼКоннелл — ничего Джаю не говорили, кроме, возможно, того, что будущий дилер может оказаться рыжим. В остальном, некоего Троя, которому в ближайшее время представится щедрая возможность пополнить ряды своей клиентуры за счет Кеплера, Джай в глаза не видел и знать не знал. Но имя-то было. Посему Кеплер легкомысленно решил, что как-нибудь разберется уже на месте.

На месте выяснилось, что в подобного рода местах Джай никогда не был и, по возможности, предпочел бы и далее соблюдать эту, как ни глянь, разумную традицию. С другой стороны, дилер сам себя не найдет. И Кеплеру ничего не оставалось, кроме как, вооружившись все той же харизмой и небольшим запасом оптимизма, постарался влиться в толпу дрыгающихся под эпилептическую музыку тел. Послушать. Порасспрашивать бармена или какую-нибудь из ярко размалеванных, липнувших к Джаю девиц.

Кеплер думал, что во время своих незамысловатых манипуляций он не сильно отсвечивал, но грубая рука, впечатавшая его в стену в районе клубных грязных туалетов, дала понять абсолютно обратное.

— Ты что, падла, тут вынюхиваешь? — прошипели в самое ухо, пережимая горло жилистым предплечьем так, что даже при большом желании ответить Джай не смог бы. Пришлось вцепляться в наглую руку и хрипеть.

— Весь вечер крутишься здесь, как борзая собачка, выспрашиваешь. Хуль тебе надо? Легавый? Подставной? Думал, блять, тявкнешь пару раз мое имя, и все тут же от счастья обосрутся?

По всему получалось, что конечный адресат был найден, но к дальнейшему диалогу пока не слишком располагал. Джай завошкался, пытаясь рассмотреть внезапно нашедшегося Троя и, по возможности, при этом не задохнуться. Парень был высок, как колокольня, силен (хотя по сравнению с Джаем, наверное, каждый был бы силен), красив. Последняя мысль Кеплера даже удивила. Он, в общем-то, ожидал найти здесь какого-то обрюзгшего, прокуренного падди, с недельной щетиной, в грязной рубашке и пованивающего месячной разлукой с душем. ОʼКоннелл под описание подходил едва ли. Впрочем, ощущение мерзотности и бомжеватости навевало, скорее, само место, а не представление Джая о дилерах. Януш, в конце концов, был приличным малым, то ли еврейского, то ли польского происхождения. Трой вот тоже более-менее подходил под слово «приличный», правда оказался не рыжим и, бог его знает, ирландцем или нет. Когда тебе критически пережимают сонную артерию, становится не так уж и важно, какая национальность у агрессора.

Трой, впрочем, довольно скоро хватку ослабил, решив, что так сразу вышибать дух из слишком любопытного парня, наверное, не стоит. Да и при ближайшем рассмотрении, этот мелкий пидор не очень-то и походил на легавого. Какой-то слишком ухоженный, слишком хилый, слишком вкусно пахнущий. Парфюм, действительно, был больно заебатым, и почему-то именно он заставил ОʼКоннелла усомниться в правильности своей догадки. Вдруг малой, реально, искал у кого взять дозу? Неумело искал и очень уж палевно, но все ж с чего-то начинают, так?

В коридор, где происходила неравная и скоротечная стычка, залетела пара каких-то пигалиц, но Трой послал их нахер и, схватив Кеплера за шкирку, втащил в туалет. В отличие от коридора, мерцающего в резких отблесках диско-шара, здесь лампы светили ярко и стабильно. А еще воняло так, что начинали слезиться глаза, но Трою было не привыкать, а мнением Джая никто и не собирался интересоваться.

ОʼКоннелл толкнул Кеплера в стену, хмуро разглядывая с головы до ног, пока тот пытался откашляться и одновременно с этим объяснить, что он не легавый, что ему нужен «снег», что ему про Троя рассказали и сказали, где найти.

Выходило-то так, да не очень складно. ОʼКоннелл в этом клоповнике появлялся — да, но не часто. Точка была не его, сегодня просто так совпало, что пришлось барыжить здесь. И уж больно было подозрительным то, что именно сегодня какой-то левак пытается развести его на наркоту, причем не на что-то дешевое, а, блять, кокс. Ебана рот, если парень, реально, подставной, Трою потом будет уже не выплыть.

— Че тебе, блять, надо? Может, еще и радугу с неба достать? Ты меня с кем-то попутал, чувак. Хуй знает, о чем ты, — ОʼКоннелл решил на удачу сыграть в дурака. — Сорян.

И, пожав плечам, Трой собрался было уже покинуть это царство невыносимой вони, когда Кеплер все-таки решил тоже поучаствовать в представлении.

— Но ты же Трой? Трой ОʼКоннелл? — прохрипел малой, все еще периодически покашливая и потирая рукой горло.

— Ну и хули бы с того? — сказал «да» ОʼКоннелл, лениво оборачиваясь обратно к неуемному и, главное, неумелому «легавому».

— Мне про тебя Робин рассказала, — Джай не придумал, как еще он может доказать, что не коп, а пришел за тем, что ему очень нужно. Нужно ему и для себя, а не легавым для какого-то призрачного дела на какого-то, черт его дери, никому не нужного Троя.

— Робин-хуебин. Мало ли вокруг пацанов, которых так зовут, — Трой свысока глядел на эту худосочную мелкую блоху и все думал о том, почему он еще здесь и зачем продолжает этот, возможно, опасный диалог.

— Это не пацан. Баба. Робин Маерс, дочь Абрахама Маерса. Берет у тебя дурь.

Джай наконец-то выпрямился, насколько мог, но оказался все равно ниже Троя на голову. Уверенности у него от столь теплого приема поубавилось, но приходилось работать с тем, что было, и радоваться, что ОʼКоннелл пока что его хотя бы слушает.

Трой тем временем как-то нехорошо задумался, пожевал губу и вытащил из кармана старенькую побитую жизнью мобилу. Набрал чей-то номер. Джай занервничал: хуй его знает, кому ОʼКоннелл звонит и кого он сейчас может вызвонить. Мельком глянул на дверь, прикидывая свои возможности к скоропостижному бегству. Вся эта идея: припереться в какой-то сомнительный клуб к каким-то сомнительным ребятам, чтобы брать «снежок» напрямую, без переплат, — с каждой секундой теряла свою привлекательность.

— Да, здаров. Нет. У меня тут… Че? Нет, сегодня не выйдет. Угу, — Трой с кем-то болтал, хмуро глядя на Кеплера, и своей высоченной тушей перекрывал Джаю проход к двери. Не оставалось ничего, кроме как послушно стоять и ждать дальнейшего развития событий. Из разъебанного динамика слышался писклявый голос, так что Кеплер предположил, что позвонил ОʼКоннелл вышеназванной Робин. Предположение, в целом, Джаю понравилось. Авось, хмурая рельса перестанет быть такой хмурой и продаст наконец-то то, в чем Кеплер нуждался.

— Слушай, Роб, у меня тут какой-то мелкий пидор объявился. Говорит, от тебя. Что скажешь?

— Откуда я, блять, знаю сколько ему. На вид мелкий. А?

— Эй, чувак, как бишь там тебя звать-то? — судя по всему, это уже было адресовано не в мобилу, а Джаю.

— Джай. Джай Кеплер, — недовольно протянул Кеплер, косясь на Троя снизу вверх, но, по возможности, очень гордо и самодостаточно.

— Говорит, Кеплер. Знаешь такого? Ммм, и че он? Снежит-хуежит? Ну да, ну да. А че, как выглядит? Ну что низкий, это и я, блять, тебе скажу. Чего? Глаза кошачьи? Это че, нахуй, вообще должно значить?

Джай фыркнул: Робин всегда умела подобрать «полезный» эпитет к случаю. Потом решил, что с него достаточно этого цирка, возвел очи к небу и дернулся было обогнуть утупка Троя, чтобы покинуть адово смердящее помещение. А потом и весь клуб. А потом, дома, попытаться смыть с себя мерзотный запах и, возможно, поискать какого-нибудь другого дилера. Как-нибудь потом.

Далеко идущие планы, впрочем, были, разбиты на корню тут же все той же грубой рукой. Кеплера опять впечатали в стену, в этот раз не так сильно. Но теперь ОʼКоннелл не стал убирать руку, вжимая Джая плечом в холодный и, вероятно, грязный кафель. Глаза Троя предупреждающе блестели.

— Как я тебе, блять, его фотку пришлю со своего кирпича? Чего? Студак? Вот еще, надо мне по его карманам шарить. Блять, Робин, ну есть в нем что-то примечательное, я хуй знаю, родинка-хуединка какая запоминающаяся? Не тупи. Чего? На пианино играет? Ты, блять, прикалываешь? Конечно, нахуй, у меня есть с собой пианино, всегда, блять, таскаю для таких вот ебучих встреч. Роб… Так, ладно, пойдем по-другому. Солнышко, бери и звони своему Кеплеру. Да, прям ща.

И ОʼКоннелл, завершив вызов, убрал мобилу обратно в карман. С минуту стояли молча, ожидая неведомо чего и сверля друг друга глазами. Наконец-то сотовый Джая разразился какой-то современной песенкой. Трой шлепнул Джая по рукам, выудил из его кармана сенсорник и слегка неуклюже ответил на вызов.

— Нет, это не Джай. Это снова я. Спасибо, Роб… Чего? Синие розы? — ОʼКоннелл потянул горло кеплеровской футболки вниз и вбок, хмуро глядя на татуировку. — Ты, блять, сразу вспомнить не могла? Сука, Робин, да ты угораешь там… А впрочем, не важно. Все, пока.

И Трой все так же хмуро вернул Кеплеру телефон. Пожевал губу, глядя на то, как Джай запихивает мобилу в слишком маленький карман слишком узких джинс.

— Так, ладно. Джай, да? — получалось, что к ОʼКоннеллу пожаловал неплохой такой клиент, судя по его знакомым и запросам, а Трой так нехорошо начал знакомство.

— Приятно познакомиться, — не смог удержаться от сарказма Джай, поправляя горловину футболки и скрещивая руки на груди. Кеплер, почуяв, что его больше ни в чем неуместном не подозревают, сразу стал увереннее в себе и будто бы на целую голову подрос. Тем не менее, все равно оставаясь ниже этой колокольни имени ОʼКоннелла.

Долго дуться в подобной ситуации было неуместно, поэтому, покривив губы, Кеплер добавил.

— Так, у тебя есть?

— Сколько нужно? — ОʼКоннелл тоже решил долго не расшаркиваться. И так уже достаточно времени потратил на этого пиздюка.

Кеплер пожал плечами и протянул Трою сверток из купюр. Ничего не оставалось, кроме как быстренько пересчитать, удивленно вскинуть брови и постараться не выдать своей радости: по всему получалось, что на сегодня Трой все, что ему было надо, отработал.

Пара пакетиков перекочевала из кармана ОʼКоннелла в руку Джаю.

— Ништяк.

— Ништяк, — в один голос. Два недоуменных взгляда.

— Ладно, ты короче, это, — Трой почесал затылок. — Запиши мой номер что ли, а то, блять, слишком уж палишься среди местных аборигенов.

Отредактировано Jai Kepler (07.11.2016 14:32:35)

+1

12

Нерассказанные истории
круги на чашках
http://sa.uploads.ru/Mdztg.jpg

— Нет, нет, вы неправильно записали. Рэдвуд. Р-э-д-в-у-д. Как вы вообще додумались до «Рэдстоун»?

Зажав смартфон плечом, Гленн подхватил со стойки оставленную Джаем на стойке кружку и доведённым до автоматизма жестом поставил её в раковину. Он даже не сопроводил это простое движение взглядом: отчего-то Джай упорно ставил кружку на одно и то же место, и никогда, никогда, никогда не доносил её до мойки. В ходе утреннего рейда по квартире Гленн рисковал обнаружить ещё пару-тройку оставшихся со вчера чашек с тёмными кругами по ободку. Не то чтобы Джай был таким рассеянным, просто он правда не считал лёгкий беспорядок такой уж жуткой трагедией, а в момент, когда чай, кофе или какао подходили к концу, у него находились дела поважнее.

— Да. Благодарю. Давайте ещё адрес проверим, для спокойствия.

Компания, которая должна была доставить Гленну новый фильтр для воды, намудрила с его фамилией, и теперь оператор, извиняясь, уточнял детали заказа и очень просил не сердиться за задержку доставки. Жаль только, Гленн не успевал уже самостоятельно принять заказ. Надо было разбудить Джая и предупредить его, чтоб не гнал курьера ссаными тряпками, а дал ему денег и проследил за установкой фильтра.

Гленн на ходу отдёрнул штору, впуская в квартиру бледное весеннее утро, и на ходу же провёл с небольшим нажимом ладонью по голой голени Джая, высунувшейся из-под одеяла. Тот чуть заворочался, но глаз пока не открыл. Гленн сел на свою сторону постели, поставил свою (чистую, горячую, дымящуюся) кружку на прикроватный столик и продолжил потихоньку тормошить Джая. Тот, наконец, сладко потянулся, разлепил сонные веки, сел, почесал взлохмаченный загривок и, едва проморгавшись, потянул руки к шее Гленна: ему чем-то не понравился узел галстука Рэдвуда, и потребовалось срочно его поправить. Гленн без подсказок задрал голову, чтоб не мешать подбородком.

— Спасибо, не беспокойтесь. Меня дома не будет, курьера встретит мой…
Гленн осёкся, растерянно глядя на Джая. Тот с едва уловимой усмешкой повёл бровью, мысленно делая ставки, какое из двух омерзительных слов — «сосед» или «бойфренд» употребит док.

-…курьера встретят, — извернулся Гленн и попрощался с оператором. Когда он клал трубку, окончательно проснувшийся Кеплер уже расплылся в широкой улыбке и отпивал из гленновой чашки.

by Glenn

+1

13

Champagne, cocaine, gasoline
in second-hand
http://s0.uploads.ru/t/8qxsH.jpg
[audio]http://pleer.net/tracks/14213683CTTn[/audio]

+1


Вы здесь » Hell's Kitchen » Red Hook » Untold stories


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC